Allbirds продала обувной бизнес за $43 млн и стала AI-компанией Smartbird

Американский производитель кроссовок Allbirds завершил трансформацию, о которой объявил в апреле: обувной бизнес продан за $43 млн, на бирже привлечено ещё $100 млн, а сама компания переименована в Smartbird. Вчера к работе приступила новый генеральный директор — Надя Карлстен, бывший топ-менеджер AWS с докторской степенью по инженерным наукам. Её задача — выстроить AI-инфраструктурный бизнес практически с чистого листа.

Стартап с большим бюджетом и без единого сотрудника

Карлстен возглавила Smartbird, не имея ни команды, ни офиса. По её словам, первый приоритет — сформировать руководящий состав: в частности, компания уже ищет директора по инфраструктуре и операциям. «Мы набираем совершенно новую команду для AI-бизнеса и подбираем офис», — сообщила она TechCrunch из Амстердама.

До Smartbird Карлстен руководила европейской вычислительной компанией DCAI, где работала с такими клиентами, как Novo Nordisk и другими крупными европейскими корпорациями. Её годовая зарплата в новой роли составит $700 000, а стоимость выданных акций — около $9 млн.

По сути, Smartbird сегодня — это стартап с единственным основателем и очень крупным «посевным» раундом. Схема трансформации напоминает историю GameStop: проблемная публичная компания подхватывает горячий тренд, акции растут на волне интереса розничных инвесторов. В случае с Allbirds это сработало — котировки отреагировали позитивно ещё на этапе объявления о пивоте.

Ставка на суверенитет данных, а не на масштаб

Smartbird позиционирует себя как провайдер управляемой AI-инфраструктуры для корпораций, которым важен прямой контроль над серверами. Это не конкуренция с гиперскейлерами вроде AWS или Azure и не борьба с неоклаудами, которые арбитражируют стоимость GPU-времени. Целевой клиент Smartbird — компания, которая по регуляторным или бизнес-причинам не может или не хочет размещать чувствительные модели в публичном облаке.

Карлстен называет потенциальные вертикали: фармацевтика, энергетика, финансы, госсектор. Именно эти отрасли традиционно предъявляют жёсткие требования к локализации данных и изолированным вычислительным средам. Для белорусского рынка это особенно актуальный контекст: банки и госструктуры РБ давно работают в условиях схожих ограничений, а резиденты ПВТ, обслуживающие европейских клиентов, хорошо знакомы с требованиями GDPR и отраслевых регуляторов.

По словам CEO, Smartbird не намерена конкурировать по цене с облачными провайдерами — те оптимизируют загрузку чипов круглосуточно, добиваясь минимальной стоимости вычислений. Вместо этого ставка делается на гибкость и контроль над инфраструктурным стеком. Типичный заказчик нуждается не в тысячах GPU, а в кластерах на сотни или тысячи чипов с возможностью точной настройки.

Конкуренты и рыночный контекст

Ниша управляемых изолированных AI-вычислений уже занята крупными игроками. Hewlett Packard и оператор дата-центров Equinix предлагают аналогичные single-tenant сервисы. Это жизнеспособная бизнес-модель, однако её потенциал роста заметно скромнее, чем у публичного облака, где масштабирование — главная метрика.

Для сравнения: инференс-стартап General Compute, вышедший из стелса в прошлом месяце, объявил о заказе чипов на $300 млрд. Карлстен подчёркивает, что Smartbird не нуждается в подобных объёмах — её клиенты ценят управляемость, а не гигантские кластеры.

Карлстен рассчитывает развернуть вычислительные кластеры для нескольких клиентов уже до конца 2026 года. Точный размер целевого рынка она пока не берётся оценивать, признавая, что многие компании всё ещё находятся на стадии пилотирования AI-инструментов.

Что осталось за бортом при пивоте

Вместе с обувным бизнесом Allbirds утратила статус публичной корпорации общественной пользы (PBC) — юридическую форму, которая закрепляла её обязательства в области устойчивого развития. PBC-статус нередко используется компаниями как сигнал о приверженности нефинансовым целям: например, OpenAI также зарегистрирована как PBC с декларируемым фокусом на безопасности ИИ.

Отказ от этого статуса показывает: подобные обязательства не являются юридически обязывающими и могут быть сброшены при смене стратегии. Карлстен настаивает на том, что переход был осмысленным, а не погоней за хайпом. «Речь шла о том, есть ли у нас шанс выстроить бизнес, который найдёт свою нишу и будет расти», — говорит она.

Совет директоров Smartbird, по её словам, взял на себя долгосрочное обязательство реализовать AI-стратегию. Насколько это обязательство окажется устойчивее предыдущего — покажет время.