Суд отклонил иск Илона Маска против Сэма Альтмана и OpenAI

Калифорнийский суд вынес вердикт по одному из самых громких технологических процессов последних лет: девять присяжных единогласно отклонили иск Илона Маска против Сэма Альтмана, Грега Брокмана, OpenAI и Microsoft. Основание — нарушение сроков исковой давности. Маск обвинял своих бывших партнёров в том, что они «украли благотворительную организацию», превратив некоммерческую лабораторию в коммерческую структуру. Присяжные эти аргументы не приняли.

Для OpenAI решение имеет стратегическое значение: компания готовится к IPO, и угроза принудительной реструктуризации теперь снята с повестки.

Почему иск провалился

Центральным правовым аргументом защиты стала статья об исковой давности. OpenAI доказывала, что любой ущерб, который мог понести Маск, возник до установленных законом дат: до 5 августа 2021 года по первому пункту обвинения, до 14 ноября 2021 года по третьему и до 5 августа 2022 года по второму. Присяжные согласились с этой логикой, и совещание заняло менее двух часов.

Судья Ивонн Гонсалес Роджерс после оглашения вердикта заявила, что была готова прекратить дело ещё в ходе слушаний: по её словам, доказательная база в пользу позиции присяжных была «весомой». Примечательно, что суд также усомнился в методологии оценки ущерба, которую предложила сторона Маска. Эксперт К. Пол Уоззан оценил незаконное обогащение OpenAI и Microsoft за счёт истца в диапазоне от $78,8 млрд до $135 млрд — судья назвала этот анализ «лишённым связи с реальными фактами дела».

Главный адвокат OpenAI Билл Сэвитт не скрывал удовлетворения: по его словам, присяжным потребовалось менее двух часов, чтобы прийти к выводу — иск Маска «не имеет никакого отношения к реальности» и представляет собой «лицемерную попытку саботировать конкурента».

Что дальше: апелляция и IPO

Маск воспринял процессуальный характер отказа как моральную победу. В своём посте в X он написал, что «ни у кого, кто следил за делом, нет сомнений» в том, что Альтман и Брокман обогатились за счёт благотворительной организации. Вопрос, по его словам, лишь в том, когда именно это произошло. Маск анонсировал апелляцию в Девятый апелляционный округ, мотивируя это тем, что создание прецедента, позволяющего «разграблять благотворительные фонды», нанесёт долгосрочный ущерб всей системе благотворительности в США. Его адвокат Марк Тоберофф ограничился одним словом: «Апелляция».

Microsoft, которую Маск обвинял в пособничестве нарушению благотворительного траста, приветствовала вердикт. Представитель компании подтвердил приверженность сотрудничеству с OpenAI «для развития и масштабирования ИИ для людей и организаций по всему миру».

Для OpenAI снятие судебного риска открывает более чистый путь к публичному размещению акций. Угроза принудительного изменения корпоративной структуры — одно из требований, которые выдвигал Маск, — больше не висит над компанией в преддверии IPO. Судебный процесс при этом вскрыл немало подробностей о ранней истории лаборатории: в качестве свидетелей выступали ключевые фигуры Кремниевой долины, а сам процесс превратился в публичную хронику разрыва между двумя самыми влиятельными людьми в мировом ИИ-сообществе.

Контекст для белорусского рынка

Для белорусских IT-компаний и резидентов ПВТ, которые строят продукты на базе моделей OpenAI или интегрируют их через Azure, исход дела означает стабильность партнёрства Microsoft и OpenAI в среднесрочной перспективе. Реструктуризация OpenAI по требованию суда могла бы затронуть условия API-доступа, лицензирования и корпоративных контрактов — теперь этот сценарий исключён как минимум до завершения апелляционного процесса.

Апелляция в Девятый округ — процедура небыстрая: рассмотрение может занять от года до двух лет. Всё это время OpenAI продолжит работу в нынешней корпоративной форме и, по всей видимости, продвигаться к IPO. Маск, в свою очередь, развивает собственную ИИ-компанию xAI с моделью Grok — так что конкурентный контекст этого судебного противостояния никуда не исчезает, просто переходит с юридического поля обратно на рыночное.

— По материалам TechCrunch: оригинальная статья. Перевод и адаптация — редакция Digital Business.