Ядерный стартап Deep Fission снова выходит на IPO — с вопросами без ответов

Ядерный стартап Deep Fission подал заявку на IPO на Nasdaq, рассчитывая привлечь $157 млн при цене акции $24–26 и общей оценке компании до $1,66 млрд. Это примечательно само по себе — но особенно на фоне того, что ещё в прошлом году компания с трудом закрывала раунд на $15 млн, а её финансовое положение с тех пор только ухудшилось.

Deep Fission разрабатывает концепцию малых ядерных реакторов, размещаемых глубоко под землёй. Идея — снабжать электроэнергией дата-центры, в том числе те, что обслуживают инфраструктуру искусственного интеллекта. Спрос на такую генерацию действительно растёт: крупнейшие технологические компании мира активно ищут источники стабильной и «чистой» электроэнергии для своих вычислительных мощностей.

Что скрывается за словом «публичная компания»

Это уже второй выход Deep Fission на публичные рынки — и здесь важно понимать разницу. В сентябре 2025 года стартап провёл обратное слияние с Delaware-шелл-компанией Surfside Acquisition, привлёк $30 млн в рамках частного размещения по $3 за акцию и формально стал публичной компанией с обязательствами перед SEC. Однако акции компании так и не начали торговаться — ни на OTCQB, где планировался листинг, ни где-либо ещё. Поиск по тикеру на OTCQB не даёт результатов, а сам стартап в проспекте S-1 прямо указал: его бумаги никогда не обращались на открытом рынке.

Таким образом, предыдущий «выход на биржу» был публичным лишь на бумаге — компания получила статус отчитывающегося эмитента, но реальных инвесторов на вторичном рынке не появилось. Нынешнее IPO на Nasdaq — это уже полноценная попытка привлечь широкий круг акционеров.

Финансы ухудшились, сроки сдвинулись

Проспект S-1, поданный 20 мая 2026 года, рисует картину более тревожную, чем декабрьский вариант. Накопленный дефицит компании вырос с $56,2 млн до $88,1 млн по состоянию на март. За полтора месяца денежные средства сократились на $6,4 млн — около 7%. Предупреждение о «going concern» (риске прекращения деятельности) осталось в документе без изменений: если IPO не состоится, компания может исчерпать ресурсы в течение следующих 12 месяцев.

Сроки технического прогресса тоже скользят. В декабре Deep Fission рассчитывал достичь критичности — момента, когда ядерная цепная реакция становится самоподдерживающейся, — уже к июлю 2026 года. В новом проспекте эта дата исчезла: компания отказалась давать какие-либо оценки.

На технологическом фронте стартап сообщает, что в марте приступил к бурению первой из трёх тестовых скважин глубиной до 6 000 футов (~1 830 м) и диаметром 8 дюймов (~20 см). Это существенно меньше, чем потребуется в коммерческой эксплуатации: по расчётам компании, рабочие скважины должны иметь диаметр 30–50 дюймов (76–127 см) при глубине около мили (~1 600 м). Даже нижняя граница этого диапазона превышает стандарты нефтегазовой отрасли. При этом окончательные параметры скважин ещё не определены — а значит, и конструкция реактора остаётся незафиксированной.

Инвесторский ажиотаж важнее технического прогресса

Что изменилось с декабря, чтобы обосновать оценку в девятизначную сумму? Компания получила $80 млн в виде акционерного капитала, включая $20 млн от девелопера дата-центров Blue Owl, который также подписал необязывающий меморандум о намерениях по будущим энергообъектам. Но даже это вливание не сняло предупреждение о going concern.

Вероятнее всего, Deep Fission и её акционеры пытаются оседлать волну инвесторского интереса к ядерной энергетике. В апреле 2026 года другой ядерный стартап — X-energy — провёл увеличенное IPO. Принципиальное отличие: X-energy уже генерирует выручку и значительно продвинулся в процессе лицензирования в Комиссии по ядерному регулированию США (NRC). Deep Fission пока не может похвастаться ни тем ни другим.

Эта история — хорошая иллюстрация общей закономерности на рынках глубоких технологий: энтузиазм инвесторов и реальный технический прогресс — не одно и то же. Оценка компании может опережать её возможности на годы.

Что это значит для белорусского рынка

Для белорусских IT-компаний и инвесторов история Deep Fission интересна сразу в нескольких измерениях. Во-первых, она демонстрирует, как работает механизм обратного слияния (reverse merger) как альтернатива классическому IPO — инструмент, который теоретически доступен и для резидентов ПВТ, рассматривающих листинг на зарубежных площадках.

Во-вторых, она наглядно показывает риски инвестиций в deep tech на ранних стадиях: даже при наличии громких партнёров и громких заявлений компания может годами не иметь работающего продукта. Белорусские фонды и частные инвесторы, присматривающиеся к ядерным или энергетическим стартапам через зарубежные брокерские счета, должны особенно внимательно читать раздел «going concern» в проспектах — это не формальность, а реальный сигнал.

Наконец, сам тезис Deep Fission — подземные реакторы для дата-центров ИИ — отражает глобальный тренд на поиск энергетических решений для вычислительной инфраструктуры. Беларусь, располагающая Белорусской АЭС и развитой IT-отраслью в рамках ПВТ, теоретически находится в интересной позиции в этом контексте — хотя регуляторные и геополитические барьеры пока делают прямые параллели условными.