Воспитатель, видеомонтажёр и проджект-менеджер одновременно: опыт портфельной карьеры белоруски

Екатерина Шапутько — основатель минской школы социальных танцев «Эста Рико» — несколько лет параллельно работала воспитателем в детском саду, занималась видеомонтажом как самозанятая и вела проекты для российской компании через ИП. В пиковые месяцы совокупный доход достигал 2000 белорусских рублей, но стоило это немало: постоянная многозадачность, тревожность и почти полное отсутствие личного времени. История Екатерины — наглядный пример того, как портфельная карьера может одновременно быть финансово оправданной и психологически разрушительной.

Три работы, три статуса, один человек

Портфельная карьера — это не просто модный термин из LinkedIn. По сути, это модель занятости, при которой человек одновременно ведёт несколько независимых источников дохода: найм, фриланс, собственный бизнес или проектная работа. В белорусских реалиях такая схема вполне легальна: можно одновременно работать по трудовому договору, быть зарегистрированным ИП и платить налог на профессиональный доход как самозанятый.

Именно так и выглядела занятость Екатерины. Основу составляла работа воспитателем — 7 часов в день, стабильный, но скромный доход. Параллельно она выполняла заказы по видеомонтажу в статусе плательщика налога на профдоход. Третий источник — проектный менеджмент для российского работодателя через ИП — приносил наибольшую отдачу в деньгах, но требовал постоянной вовлечённости. В сумме дополнительные направления отнимали от 2 до 8 часов ежедневно сверх основной занятости.

До этого Екатерина работала в бухгалтерии и хотела кардинально сменить сферу. Детский сад стал для неё точкой входа в новую жизнь — работа нравилась, но потолок по зарплате был очевиден. Именно поэтому она начала искать легальные способы зарабатывать больше, не уходя с основного места.

Деньги есть, времени нет: цена многозадачности

Главная проблема такой модели — не усталость сама по себе, а её накопительный эффект. Когда несколько проектов требуют постоянного внимания, человек фактически никогда не выходит из рабочего режима. Екатерина описывает это так: нужно постоянно быть на связи, мгновенно реагировать на сообщения, держать в голове статус нескольких задач одновременно. Привычка отвечать моментально, по её словам, сохранилась даже после того, как она отказалась от такой модели.

Доход в 2000 рублей в месяц звучит неплохо для Беларуси — это выше средней зарплаты по стране. Но в провальные месяцы, когда проектная загрузка падала, заработок сокращался вдвое. Нестабильность — ещё одна характеристика портфельной карьеры, к которой нужно быть готовым финансово и психологически.

В итоге Екатерина пришла к выводу, который звучит неожиданно прямо: она работала не ради свободы или самореализации, а потому что нужны были деньги. И такая мотивация без удовольствия от процесса быстро истощает. Осознав это, она начала сворачивать параллельные направления и сосредоточилась на том, что приносит не только доход, но и смысл — танцевальной студии.

Сейчас у неё сформирована финансовая подушка на несколько месяцев вперёд — не как резерв на чёрный день, а как инструмент уверенности: возможность не хвататься за любой проект из страха остаться без денег.

Что говорит HR-специалист: физиология против многозадачности

Марина Осадчая, HR-специалист крупной белорусской компании, смотрит на портфельную карьеру без романтизации. По её словам, развитие новых навыков и дополнительный заработок — реальные плюсы. Но есть жёсткое физиологическое ограничение: человек не способен эффективно работать 10–12 часов в сутки на постоянной основе. Результат — хронические заболевания, ухудшение отношений в семье, профессиональное выгорание. Причём расходы на восстановление здоровья могут перекрыть всю дополнительно заработанную сумму.

С юридической точки зрения схема «трудовой договор + ИП + самозанятость» в Беларуси не создаёт правовых коллизий — каждый статус регулируется отдельно, и их можно совмещать. Сложнее ситуация, когда человек работает у нескольких нанимателей именно по трудовым договорам: в этом случае одно место считается основным, остальные — совместительством. Закон ограничивает рабочее время по совместительству: оно не должно превышать половину нормы по основному месту работы.

Как это работает на практике и что стоит учесть

История Екатерины — не антиреклама портфельной карьеры. Это скорее честный разбор условий, при которых она работает, а при которых — нет. Несколько выводов, которые можно сделать из её опыта.

Во-первых, мотивация имеет значение. Если параллельные проекты берутся исключительно из финансовой необходимости, без интереса к самой работе, выгорание — вопрос времени. Во-вторых, объём имеет значение. Подработка на час в день — это одно. Восемь дополнительных часов поверх основной занятости — принципиально другое.

В-третьих, финансовая буферизация критична именно при проектной занятости. Нестабильность дохода — не баг, а фича такой модели, и к ней нужно готовиться заранее. Наконец, навыки, которые человек развивает в рамках портфельной карьеры, остаются с ним. Екатерина научилась управлять несколькими направлениями одновременно — и теперь использует этот навык в собственной студии, где он приносит реальную пользу без ущерба для качества жизни.

Для белорусского IT-рынка портфельная карьера особенно актуальна: многие разработчики, дизайнеры и менеджеры совмещают найм с фрилансом или собственными продуктами. Резидентство в ПВТ при этом не мешает параллельной самозанятости — главное корректно оформить статусы и не нарушать условия трудового договора с основным работодателем.

— По материалам Myfin.by: https://myfin.by/article/zhizn/dohod-ot-raboty-proekt-menedzerom-byl-samym-vysokim-beloruska-rasskazala-o-portfelnoj-karere-45910?utm_source=rssfeed. Полная ссылка на оригинал обязательна согласно редакционной политике для беларуских источников. Адаптация — редакция Digital Business.