Цены на электричество в крупнейшей энергосети США выросли на 76% — виноваты дата-центры

Крупнейшая энергосеть США — PJM Interconnection — зафиксировала рост оптовых цен на электроэнергию почти вдвое за последний год. Независимый регулятор Monitoring Analytics опубликовал доклад, в котором прямо назвал виновника: дата-центры и неспособность самого оператора сети адекватно реагировать на взрывной рост потребления.

Оптовая цена одного мегаватт-часа достигла $136,53 против $77,78 годом ранее — прирост составил 76%. Первой о скачке сообщила редакция Crain's Chicago Business, затем тему подхватили крупнейшие отраслевые издания.

Почему сеть не справляется с нагрузкой

PJM охватывает 13 штатов и округ Колумбия, включая Северную Вирджинию — один из самых насыщенных дата-центрами регионов мира. Именно здесь сосредоточена значительная часть серверной инфраструктуры крупнейших облачных провайдеров и ИИ-компаний.

Проблема накапливалась годами. В 2022 году, когда строительство дата-центров резко ускорилось, оператор PJM приостановил приём заявок от новых генерирующих источников, сославшись на многолетний бэклог необработанных запросов. Возобновить приём удалось лишь недавно — но спрос за это время вырос несопоставимо быстрее предложения.

Monitoring Analytics не смягчал формулировок. В докладе прямо говорится: без роста потребления со стороны дата-центров «рынок мощности не столкнулся бы с такими жёсткими условиями спроса и предложения и такими высокими ценами». Регулятор также констатировал, что «текущий объём мощностей в PJM недостаточен для удовлетворения спроса крупных дата-центров и не будет достаточным в обозримом будущем».

Отдельно досталось самому оператору: Monitoring Analytics обвинил PJM в непрозрачности принятия решений и затягивании необходимых программных обновлений. «Эти обновления откладываются уже несколько лет, и конкретной даты их внедрения по-прежнему нет», — говорится в докладе.

Конфликт вокруг будущего сети

Незадолго до публикации доклада сам PJM выпустил белую книгу с тремя сценариями развития энергосистемы. Однако ни один из них не устроил AEP — одну из крупнейших коммунальных компаний региона. AEP пригрозила полностью выйти из сети PJM, что стало бы беспрецедентным шагом.

Monitoring Analytics отнёсся к белой книге не менее критично. Регулятор обвинил PJM в том, что тот использует кризис «как предлог» для демонтажа действующей рыночной модели. «Базовые элементы рыночной конструкции PJM остаются устойчивыми», — подчеркнул регулятор, добавив, что оператор попросту провалил управление ситуацией с резко возросшим спросом.

Вывод доклада однозначен: решение проблемы «начинается с признания того, что источником текущих трудностей является нагрузка дата-центров». Ценовые последствия для потребителей, как отметил регулятор, «очень велики и необратимы» — и станут ещё больше, если вопрос не решить в ближайшее время.

Что это означает для глобального ИИ-рынка и Беларуси

Ситуация с PJM — наглядная иллюстрация системного противоречия: энергетическая инфраструктура, строившаяся десятилетиями под одни нагрузки, не рассчитана на экономику, работающую на больших языковых моделях и облачных вычислениях. По оценкам аналитиков, к 2030 году дата-центры могут потреблять до 9% всей электроэнергии США — против примерно 4% сегодня.

Для белорусского IT-рынка этот кейс актуален сразу в нескольких измерениях. Резидентам ПВТ, работающим с американскими и европейскими клиентами в сфере облачной инфраструктуры и ИИ, стоит учитывать: рост стоимости электроэнергии в США неизбежно транслируется в цены на облачные сервисы — AWS, Azure, Google Cloud. Это повышает операционные расходы любой компании, завязанной на публичные облака.

Кроме того, удорожание энергии в США косвенно усиливает конкурентоспособность юрисдикций с дешёвой электроэнергией — в том числе восточноевропейских. Беларусь исторически располагает относительно низкими тарифами на электроэнергию для промышленных потребителей, что теоретически делает её привлекательной для размещения вычислительных мощностей — при условии соответствующей инфраструктуры и регуляторной среды.

В более широком контексте кризис PJM показывает: гонка за ИИ-мощностями имеет вполне физические пределы. Строить модели можно быстро — строить электростанции и модернизировать сети так быстро не получится.